Админская история 0xb5
Профессор экономики в Техасском Техническом Университете рассказывал,
что раньше никогда не заваливал студентов по одному, но однажды завалил
целую группу. Группа настояла, что социализм "работает" и что никто при
этом не будет бедным и никто - богатым. Великое выравнивание! Профессор
сказал, что хорошо, поставим в этом классе эксперимент на предмет
социализма. Все оценки будут усредняться и каждый получит одинаковую
оценку, таким образом, никто не провалится и никто не получит "отлично".
После первой контрольной оценки были усреднены и все получили "хорошо".
Студенты, учившиеся упорно, были расстроены, а студенты, кто учился мало
- счастливы. Но ко времени второй контрольной студенты, кто учился мало,
занимались ещё меньше, а те, кто учились упорно, решили, что тоже хотят
халявы, поэтому занимались немного... Вторая контрольная в среднем дала
"удовлетворительно". Никто не радовался. Когда же прошла третья
контрольная, в среднем вышло "неуд". Результат так и не улучшился, ведь
ссоры, упрёки, ругань приводили к враждебным отношениям и никто не
собирался учиться за других.
что раньше никогда не заваливал студентов по одному, но однажды завалил
целую группу. Группа настояла, что социализм "работает" и что никто при
этом не будет бедным и никто - богатым. Великое выравнивание! Профессор
сказал, что хорошо, поставим в этом классе эксперимент на предмет
социализма. Все оценки будут усредняться и каждый получит одинаковую
оценку, таким образом, никто не провалится и никто не получит "отлично".
После первой контрольной оценки были усреднены и все получили "хорошо".
Студенты, учившиеся упорно, были расстроены, а студенты, кто учился мало
- счастливы. Но ко времени второй контрольной студенты, кто учился мало,
занимались ещё меньше, а те, кто учились упорно, решили, что тоже хотят
халявы, поэтому занимались немного... Вторая контрольная в среднем дала
"удовлетворительно". Никто не радовался. Когда же прошла третья
контрольная, в среднем вышло "неуд". Результат так и не улучшился, ведь
ссоры, упрёки, ругань приводили к враждебным отношениям и никто не
собирался учиться за других.
Админская история 0xb6
Году, эдак, где-то в 1983-ем, я был помначкара во взводе охраны военных
грузов ОБМП Черноморского Флота. Привезли мы жутко секретный военный
груз куда-то, типа Феодосии, и сидим в матросском кубрике, выпиваем с
народом. И тут вдруг приходит дежурный по части. Дневальный орет:
Дежурный по роте на выход! А дежурный по роте уже устал... Был у нас
такой паренек с Одессы - Валера Шмулькевич. Он решил помочь
гостеприимным морячкам. Одел на себя повязку и докладывает офицеру. Кто
служил, тот знает, что формула доклада (как "Отче наш" неизменная)
звучит: "Товарищ майор! За время Вашего отсутствия происшествий не
случилось!"
Валера и начинает: "Товарищ майор!"
В ответ слышит: "Гвардии майор!"
Валера поправляется: "Шоб мне так жилось! Товарищ гвардии майор!" И тут
наш недоучившийся студент понимает, что стандартный доклад противоречит
логике! Тогда он продолжает: "Я Вас вижу в первый раз, но еще ничего не
случилось!"
Майор, багровея, вопрошает: "Фамилия?"
Валера отвечает: "Младший сержант Шмулькевич".
Майор разворачивается и, буркнув неуставное "понятно", уходит в темную
южную ночь....
грузов ОБМП Черноморского Флота. Привезли мы жутко секретный военный
груз куда-то, типа Феодосии, и сидим в матросском кубрике, выпиваем с
народом. И тут вдруг приходит дежурный по части. Дневальный орет:
Дежурный по роте на выход! А дежурный по роте уже устал... Был у нас
такой паренек с Одессы - Валера Шмулькевич. Он решил помочь
гостеприимным морячкам. Одел на себя повязку и докладывает офицеру. Кто
служил, тот знает, что формула доклада (как "Отче наш" неизменная)
звучит: "Товарищ майор! За время Вашего отсутствия происшествий не
случилось!"
Валера и начинает: "Товарищ майор!"
В ответ слышит: "Гвардии майор!"
Валера поправляется: "Шоб мне так жилось! Товарищ гвардии майор!" И тут
наш недоучившийся студент понимает, что стандартный доклад противоречит
логике! Тогда он продолжает: "Я Вас вижу в первый раз, но еще ничего не
случилось!"
Майор, багровея, вопрошает: "Фамилия?"
Валера отвечает: "Младший сержант Шмулькевич".
Майор разворачивается и, буркнув неуставное "понятно", уходит в темную
южную ночь....
Админская история 0xb7
Конец семидесятых прошлого столетия. В одном из политехнических
институтов третьекурсники автотракторного факультета сдают экзамены по
"Двигателям внутреннего сгорания".
Уставший и уже отупевший от выплеснутых на него студентами знаний
преподаватель старается "вытянуть" очередного соискателя положительной
оценки дополнительным вопросом:
- Расскажите, как происходит возгорание рабочей смеси в цилиндре
бензинового двигателя?
Ответ студента:
- На поршне имеется щпенечек, который при движении поршня соодуряется с
таким же шпенечком на крышке. Образуется искра, которая воспламеняет
рабочую смесь.
Охреневший преподаватель сползает со стула.
институтов третьекурсники автотракторного факультета сдают экзамены по
"Двигателям внутреннего сгорания".
Уставший и уже отупевший от выплеснутых на него студентами знаний
преподаватель старается "вытянуть" очередного соискателя положительной
оценки дополнительным вопросом:
- Расскажите, как происходит возгорание рабочей смеси в цилиндре
бензинового двигателя?
Ответ студента:
- На поршне имеется щпенечек, который при движении поршня соодуряется с
таким же шпенечком на крышке. Образуется искра, которая воспламеняет
рабочую смесь.
Охреневший преподаватель сползает со стула.
Админская история 0xb8
Подруга рассказала, далее от первого лица.
Сдавала я экзамен по …. Неважно. Подучила, ясно, перед экзаменами. Но
беда была в том, что записана у меня была только вводная лекция, что-то
там типа «задачи ИТР по охране труда». На шпоры времени не хватило. Для
страховки, чисто на нервной почве, взяла эту единственную лекцию,
засунула в сапог и с тяжелой душой пошла сдавать. В билете первым
вопросом стояла как раз охрана труда. А вторым – молниезащита. Там очень
длинная, с коэффициентами формула, которая смутно плавала в моих
испуганных мозгах. Чтобы не заморачиваться и оттянуть провал (формулу
точно не напишу), вытащила лекцию и стала переписывать, да так
увлеклась, что очнулась, когда надо мной завис ассистент-аспирант. В
аудитории повисла нехорошая тишина, все прекратили списывать и ждали
развязки. Надо было видеть изумленные глаза ассистента, когда он
прочитал, ЧТО я списываю. При этом он меня не выгнал, а посмотрев второй
вопрос билета и покачав головой, пошел дальше. В стрессовом состоянии я
написала длинную формулу молниезащиты и, собрав в кучку мозги с
оставшимися проблесками знаний, села отвечать к нему же.
Оказалось, формулу вывела правильно, немножко попутав коэффициенты. И на
вопросы ответила без запинки.
Подписывая зачетку, аспирант все-таки поинтересовался: «Скажите, только
честно. Зачем вы занимались беллетристикой?»
И получил в ответ: «Честно? – С перепугу!».
Что поставил? - хор. Сказал, что не может поставить отл. Из-за
списывания, да и хор. поставил за честность. Спасибо, не выгнал.
А в деканате, куда я забежала после экзамена, наша секретарша, (и когда
успели насплетничать?) спросила: «Ты что, на экзамене какие-то сказки
переписывала?»
Сдавала я экзамен по …. Неважно. Подучила, ясно, перед экзаменами. Но
беда была в том, что записана у меня была только вводная лекция, что-то
там типа «задачи ИТР по охране труда». На шпоры времени не хватило. Для
страховки, чисто на нервной почве, взяла эту единственную лекцию,
засунула в сапог и с тяжелой душой пошла сдавать. В билете первым
вопросом стояла как раз охрана труда. А вторым – молниезащита. Там очень
длинная, с коэффициентами формула, которая смутно плавала в моих
испуганных мозгах. Чтобы не заморачиваться и оттянуть провал (формулу
точно не напишу), вытащила лекцию и стала переписывать, да так
увлеклась, что очнулась, когда надо мной завис ассистент-аспирант. В
аудитории повисла нехорошая тишина, все прекратили списывать и ждали
развязки. Надо было видеть изумленные глаза ассистента, когда он
прочитал, ЧТО я списываю. При этом он меня не выгнал, а посмотрев второй
вопрос билета и покачав головой, пошел дальше. В стрессовом состоянии я
написала длинную формулу молниезащиты и, собрав в кучку мозги с
оставшимися проблесками знаний, села отвечать к нему же.
Оказалось, формулу вывела правильно, немножко попутав коэффициенты. И на
вопросы ответила без запинки.
Подписывая зачетку, аспирант все-таки поинтересовался: «Скажите, только
честно. Зачем вы занимались беллетристикой?»
И получил в ответ: «Честно? – С перепугу!».
Что поставил? - хор. Сказал, что не может поставить отл. Из-за
списывания, да и хор. поставил за честность. Спасибо, не выгнал.
А в деканате, куда я забежала после экзамена, наша секретарша, (и когда
успели насплетничать?) спросила: «Ты что, на экзамене какие-то сказки
переписывала?»
Админская история 0xb9
Знаю, знаю. Сейчас у студентов целый технический арсенал для шпаргалок и
«бомб». Но я когда-то придумал свой метод сдачи «вышки», теперь поделюсь
и с вами.
Было это в начале 90-х в питерском Политехе. Вышка не давалась мне ни
под каким соусом, а зубрить ее мне терпения не хватало. Но экзамены то
сдавать надо!
Процедура прохождения экзамена была следующая – подходишь с зачеткой к
столу, меняешь ее на билет, потом приносишь преподу на подпись чистые
листки, на которых будешь потом писать ответ. И если опосля на твоей
парте лежит хоть пол огрызка без подписи, то считай, приплыли.
Я думаю, что подобным образом экзамены проходили у многих.
При этом преподы могут себя вести по-разному – забить на все и читать
газету или с маниакальным упорством барражировать между рядами в поисках
списывающего.
Так вот. Я списывал. Нагло и открыто. Настолько нагло, что препод стоя
передо мной просто охреневал от методичности изложения ответа на вопрос.
Люди по памяти так не пишут – так можно только списывать!
Меня просили подняться со стула, снять пиджак, закатать рукава,
вывернуть карманы… даже носки демонстрировал. И все это по два-три раза
за экзамен.
Но. Пойман за руку я так и не был, а все происходящее в аудитории
вызывало только всеобщий смех. В результате – чистая четверка.
Секрет своих «бомб» я открыл одногруппникам только курсе на третьем,
когда высшая математика отошла в небытие. Теперь открою его всем (мало
ли, другим студентам пригодится).
Как и любой фокус, все было на удивление просто. Берем двойной тетрадный
лист. Раскрываем. На правой его части записываем ответ на вопрос. Только
пишем его ПУСТОЙ ШАРИКОВОЙ РУЧКОЙ. Остается оттиск, который под углом на
столе виден великолепно, а сверху, со стороны стоящего над тобой
препода, даже и не воспринимается.
В результате, левая часть (она же верхняя в сложенном пополам листе)
идеально гладкая, а правая содержит всю информацию.
Далее комплектуем «бомбы» побилетно и вкладываем в обычный двойной
тетрадный лист, который гладенький с обеих сторон. Итого, четыре двойных
листа.
Остальное, дело техники. Получив билет, идем к своему столу, из
заготовленных комплектов выбираем необходимый и несем на подпись. Препод
подписывает бомбы (верхние гладкие листы) и мы спокойно отправляемся
списывать.
Все просто как апельсин. На полностью гладкий двойной лист
переписывается первый вопрос, на «бомбу» первого вопроса – второй и
т. д.
Таким образом я сдавал самые занудные предметы типа «бухучета» или
«философии». Что не помешало мне в последствии помнить и применять на
практике тот же бухучет.
Так вот, к чему это всё я.
Мое устойчивое мнение по поводу высшего образования такое – там не
пичкают знаниями, а заставляют думать головой и желательно не
стандартно.
И это самое главное ;-)
«бомб». Но я когда-то придумал свой метод сдачи «вышки», теперь поделюсь
и с вами.
Было это в начале 90-х в питерском Политехе. Вышка не давалась мне ни
под каким соусом, а зубрить ее мне терпения не хватало. Но экзамены то
сдавать надо!
Процедура прохождения экзамена была следующая – подходишь с зачеткой к
столу, меняешь ее на билет, потом приносишь преподу на подпись чистые
листки, на которых будешь потом писать ответ. И если опосля на твоей
парте лежит хоть пол огрызка без подписи, то считай, приплыли.
Я думаю, что подобным образом экзамены проходили у многих.
При этом преподы могут себя вести по-разному – забить на все и читать
газету или с маниакальным упорством барражировать между рядами в поисках
списывающего.
Так вот. Я списывал. Нагло и открыто. Настолько нагло, что препод стоя
передо мной просто охреневал от методичности изложения ответа на вопрос.
Люди по памяти так не пишут – так можно только списывать!
Меня просили подняться со стула, снять пиджак, закатать рукава,
вывернуть карманы… даже носки демонстрировал. И все это по два-три раза
за экзамен.
Но. Пойман за руку я так и не был, а все происходящее в аудитории
вызывало только всеобщий смех. В результате – чистая четверка.
Секрет своих «бомб» я открыл одногруппникам только курсе на третьем,
когда высшая математика отошла в небытие. Теперь открою его всем (мало
ли, другим студентам пригодится).
Как и любой фокус, все было на удивление просто. Берем двойной тетрадный
лист. Раскрываем. На правой его части записываем ответ на вопрос. Только
пишем его ПУСТОЙ ШАРИКОВОЙ РУЧКОЙ. Остается оттиск, который под углом на
столе виден великолепно, а сверху, со стороны стоящего над тобой
препода, даже и не воспринимается.
В результате, левая часть (она же верхняя в сложенном пополам листе)
идеально гладкая, а правая содержит всю информацию.
Далее комплектуем «бомбы» побилетно и вкладываем в обычный двойной
тетрадный лист, который гладенький с обеих сторон. Итого, четыре двойных
листа.
Остальное, дело техники. Получив билет, идем к своему столу, из
заготовленных комплектов выбираем необходимый и несем на подпись. Препод
подписывает бомбы (верхние гладкие листы) и мы спокойно отправляемся
списывать.
Все просто как апельсин. На полностью гладкий двойной лист
переписывается первый вопрос, на «бомбу» первого вопроса – второй и
т. д.
Таким образом я сдавал самые занудные предметы типа «бухучета» или
«философии». Что не помешало мне в последствии помнить и применять на
практике тот же бухучет.
Так вот, к чему это всё я.
Мое устойчивое мнение по поводу высшего образования такое – там не
пичкают знаниями, а заставляют думать головой и желательно не
стандартно.
И это самое главное ;-)
Админская история 0xba
Чистая правда. Начало 90-х, юридический факультет одного из Уральских
ВУЗов. Государственная комиссия принимает госэкзамен у заочников,
кажется, по теории права. Отвечает один из самых успешных, (на
протяжении нескольких лет учебы в этом ВУЗе), студентов - взрослый и
очень серьезный дядечка, пришедший на экзамен почему-то в своей
"производственной" форме - подполковника милиции. Погоны с золотыми
звездами, разные знаки за заслуги в службе - в общем, при полном параде.
Комиссия, проникнувшись уважением к столь заслуженному студенту, вежливо
и аккуратно задает вопросы, что попроще - дайте определение понятию
"законность", дайте определение понятию "правопорядок" и т. п.
Заслуженный студент что-то мычит, краснеет, усиленно морщит лоб, затем
выдает: "Понимаете, я - как собака, все понимаю, а сказать не могу".
Председатель комиссии решил помомочь бедолаге: "Ну как вы не можете
сказать? Ведь возглавляете большой коллектив сотрудников МВД, сами,
наверное, не один раз в день говорите эти же слова своим подчиненным.
Вот сколько раз в день вы повторяете слова "законность" и "правопорядок"
своим работникам?"
Заслуженный студент, подумав и, видимо, подсчитав, отвечает, что раз 40
в день точно.
"Молодец! - взбодрился председатель комиссии, - Честно сказал! Ну вот
за вашу честность и смелость, зададим вам другой вопрос, попроще. Если
отвечаете - честно получаете тройку. Ну и, соответственно, диплом".
Комиссия, посовещавшись, задает вопрос: "Что такое юридической лицо?".
Заслуженный студент, облегченно вздыхая и улыбаясь: "Это лицо, имеющее
юридическое образование!"
Гос. комиссия тихо сползла под стол. Занавес.
ВУЗов. Государственная комиссия принимает госэкзамен у заочников,
кажется, по теории права. Отвечает один из самых успешных, (на
протяжении нескольких лет учебы в этом ВУЗе), студентов - взрослый и
очень серьезный дядечка, пришедший на экзамен почему-то в своей
"производственной" форме - подполковника милиции. Погоны с золотыми
звездами, разные знаки за заслуги в службе - в общем, при полном параде.
Комиссия, проникнувшись уважением к столь заслуженному студенту, вежливо
и аккуратно задает вопросы, что попроще - дайте определение понятию
"законность", дайте определение понятию "правопорядок" и т. п.
Заслуженный студент что-то мычит, краснеет, усиленно морщит лоб, затем
выдает: "Понимаете, я - как собака, все понимаю, а сказать не могу".
Председатель комиссии решил помомочь бедолаге: "Ну как вы не можете
сказать? Ведь возглавляете большой коллектив сотрудников МВД, сами,
наверное, не один раз в день говорите эти же слова своим подчиненным.
Вот сколько раз в день вы повторяете слова "законность" и "правопорядок"
своим работникам?"
Заслуженный студент, подумав и, видимо, подсчитав, отвечает, что раз 40
в день точно.
"Молодец! - взбодрился председатель комиссии, - Честно сказал! Ну вот
за вашу честность и смелость, зададим вам другой вопрос, попроще. Если
отвечаете - честно получаете тройку. Ну и, соответственно, диплом".
Комиссия, посовещавшись, задает вопрос: "Что такое юридической лицо?".
Заслуженный студент, облегченно вздыхая и улыбаясь: "Это лицо, имеющее
юридическое образование!"
Гос. комиссия тихо сползла под стол. Занавес.
Админская история 0xbb
Где у женщины ум…
Экзамен по аэродинамике в МАИ. Леночка самостоятельно написала ответы на
вопросы билета, но допустила одну досадную ошибку в обозначениях…
Дело в том, что имеются два принципиально различных термина,
обозначаемых похоже – “I большое” с точкой и без точки над ним.
Итак, правильно написана и объяснена зубодробительная формула для “I
большое” с точкой, но точка-то в Леночкиных записях ОТСУТСТВУЕТ.
Профессор решил помочь симпатичной студентке наводящим вопросом:
- Лена, а что вот здесь у женщин? - показывая на свой лоб, с намеком на
мушки индийских женщин.
Отчаянно хлопая ресницами от неожиданной перемены темы, Лена решительно
заявила:
- Ум!!
Профессор от хохота упал под стол - “отлично!”
АС
Экзамен по аэродинамике в МАИ. Леночка самостоятельно написала ответы на
вопросы билета, но допустила одну досадную ошибку в обозначениях…
Дело в том, что имеются два принципиально различных термина,
обозначаемых похоже – “I большое” с точкой и без точки над ним.
Итак, правильно написана и объяснена зубодробительная формула для “I
большое” с точкой, но точка-то в Леночкиных записях ОТСУТСТВУЕТ.
Профессор решил помочь симпатичной студентке наводящим вопросом:
- Лена, а что вот здесь у женщин? - показывая на свой лоб, с намеком на
мушки индийских женщин.
Отчаянно хлопая ресницами от неожиданной перемены темы, Лена решительно
заявила:
- Ум!!
Профессор от хохота упал под стол - “отлично!”
АС
Админская история 0xbc
КОММУНИСТЫ, ВПЕРЁД!
"И тот, кто со своей песней по жизни шагает,
Тот никогда и нигде не пропадёт".
Почти по В. Лебедеву-Кумачу «Легко на сердце от песни веселой»
На семинаре в одном калифорнийском университете случайно встретился с
профессором, доктором исторических наук, который в советском прошлом
пахал в институте марксизма-ленизма при ЦК КПСС.
Мне он запомнился по докладу лекторской группе ЦК КПУ во время приезда в
Киев. Меня он, вестимо, не особенно приметил тогда и теперь не вспомнил,
но от того самого доклада не отпирался, и мы познакомились как бы
заново.
Вообще-то в США коммунистов не впускают - как членов преступной
организации. Но есть лазейка, типа, принудили вступить в партию по роду
деятельности, чтобы преодолеть запрет на профессию.
Например, офицер отмазывается - не дали бы очередное звание. Таксист –
не получил бы новую машину... И это таки правда, не зря же 18 миллионов
членов партии разбежались в одночасье, как только партийность сделалась
невыгодной.
... Так какую же отмазку придумал пан профессор, который по служебной
позиции был коммунистом стопудово – как идеолог ленинизма марксизма?
Ведь по суровым, но справедливым законам суда над КПСС, если б он
состоялся по образу и подобию Нюренбергского трибунала, товарища могли
бы и повесить как преступника перед человечеством.
Однако мой старый-новый знакомый впарил доверчивым американцам: его
научным интересом была история этой, сука-падла!, преступной
организации, но без партбилета его бы не пустили в архив. Архив же
находился в ведении института марксизма-ленизма при ЦК КПСС. Ему
пришлось пойти туда работать, а для маскировки - вступить в партию.
И в конце концов в цитадели капитализма он читает студентам-философам
родной ленинизм марксизма как течение (уже – тупиковое!) философской
мысли. Я тоже читаю американским студентам тот же
диалектико-материалистический спецкурс по теории упругости, что и читал
в СССР.
Мы, комуняки, нигде не пропадём!
© Алик, б/член лекторской группы ЦК КПУ
"И тот, кто со своей песней по жизни шагает,
Тот никогда и нигде не пропадёт".
Почти по В. Лебедеву-Кумачу «Легко на сердце от песни веселой»
На семинаре в одном калифорнийском университете случайно встретился с
профессором, доктором исторических наук, который в советском прошлом
пахал в институте марксизма-ленизма при ЦК КПСС.
Мне он запомнился по докладу лекторской группе ЦК КПУ во время приезда в
Киев. Меня он, вестимо, не особенно приметил тогда и теперь не вспомнил,
но от того самого доклада не отпирался, и мы познакомились как бы
заново.
Вообще-то в США коммунистов не впускают - как членов преступной
организации. Но есть лазейка, типа, принудили вступить в партию по роду
деятельности, чтобы преодолеть запрет на профессию.
Например, офицер отмазывается - не дали бы очередное звание. Таксист –
не получил бы новую машину... И это таки правда, не зря же 18 миллионов
членов партии разбежались в одночасье, как только партийность сделалась
невыгодной.
... Так какую же отмазку придумал пан профессор, который по служебной
позиции был коммунистом стопудово – как идеолог ленинизма марксизма?
Ведь по суровым, но справедливым законам суда над КПСС, если б он
состоялся по образу и подобию Нюренбергского трибунала, товарища могли
бы и повесить как преступника перед человечеством.
Однако мой старый-новый знакомый впарил доверчивым американцам: его
научным интересом была история этой, сука-падла!, преступной
организации, но без партбилета его бы не пустили в архив. Архив же
находился в ведении института марксизма-ленизма при ЦК КПСС. Ему
пришлось пойти туда работать, а для маскировки - вступить в партию.
И в конце концов в цитадели капитализма он читает студентам-философам
родной ленинизм марксизма как течение (уже – тупиковое!) философской
мысли. Я тоже читаю американским студентам тот же
диалектико-материалистический спецкурс по теории упругости, что и читал
в СССР.
Мы, комуняки, нигде не пропадём!
© Алик, б/член лекторской группы ЦК КПУ
Админская история 0xbd
Одесса. Один студент спрашивает другого:
- Ну, ты таки сделал задание по матану?
- Я тебя умоляю, нет, конечно, даже не знаю как подступиться!
- А раз не знаешь как, то сам ты - поц, тупица!
- Ну, ты таки сделал задание по матану?
- Я тебя умоляю, нет, конечно, даже не знаю как подступиться!
- А раз не знаешь как, то сам ты - поц, тупица!
Админская история 0xbe
Читал тут истории прошлых лет. Наткнулся на то, как студенты-медики
вместо лекарства (типа аспирина) на практике получали какую-то красную
массу. И вот вспомнил.
Третий курс военного института. Из нас готовят офицеров-ракетчиков.
Естесственно, один из предметов обучения - физика, притом, ядерная.
Лабораторная работа. Группа разбита попарно, каждой паре выделено свое
лабораторное место, чтоб на практике оказать теорию из учебника.
Мы с напарником получили под роспись малорадиоактивный кусок металла и
приступили к измерениям. Счетчик Гейгера, снятые показания, формула из
учебника физики и калькулятор, все бы ничего, но получившийся результат
не соответствовал общепринятым физическим законам. Проведенные повторно
вычисления показали, что с математикой все в порядке, но ответ
неправильный. Бланки лабораторной работы сдаются на уничтожение и у
преподавателя получаются новые. История с измерениями радиации
повторяется, но результат остается прежний. Время поджимает, и мы с
напарником решаемся пригласить на консультацию препода.
Препод (слава Богу, человек не военный и поэтому вполне адекватный)
смотрит на черновики, сам снимает показания радиоактивности, сам считает
по формуле и получает такой же, как у нас с напарником, результат,
который ну никак не вписывается в теоретическую ядерную физику.
Секундная задумчивость и великолепная фраза: "Заканчивайте тут. Обоим по
четверке. Не хватало, чтоб вы мне тут еще открытие сделали. Тоже мне,
супруги Кюри".
вместо лекарства (типа аспирина) на практике получали какую-то красную
массу. И вот вспомнил.
Третий курс военного института. Из нас готовят офицеров-ракетчиков.
Естесственно, один из предметов обучения - физика, притом, ядерная.
Лабораторная работа. Группа разбита попарно, каждой паре выделено свое
лабораторное место, чтоб на практике оказать теорию из учебника.
Мы с напарником получили под роспись малорадиоактивный кусок металла и
приступили к измерениям. Счетчик Гейгера, снятые показания, формула из
учебника физики и калькулятор, все бы ничего, но получившийся результат
не соответствовал общепринятым физическим законам. Проведенные повторно
вычисления показали, что с математикой все в порядке, но ответ
неправильный. Бланки лабораторной работы сдаются на уничтожение и у
преподавателя получаются новые. История с измерениями радиации
повторяется, но результат остается прежний. Время поджимает, и мы с
напарником решаемся пригласить на консультацию препода.
Препод (слава Богу, человек не военный и поэтому вполне адекватный)
смотрит на черновики, сам снимает показания радиоактивности, сам считает
по формуле и получает такой же, как у нас с напарником, результат,
который ну никак не вписывается в теоретическую ядерную физику.
Секундная задумчивость и великолепная фраза: "Заканчивайте тут. Обоим по
четверке. Не хватало, чтоб вы мне тут еще открытие сделали. Тоже мне,
супруги Кюри".