Админская история 0x2bd
к вопросу о тайнах мироздания
Из методички, автор которой — председатель комиссии на вступительных
экзаменах по философии в аспирантуру СПбГУ:
"Частое, по роду своей профессиональной деятельности, присутствие на
экзаменах убедило меня в том, что единственными способами подготовки для
многих прелестниц является тайное, с их точки зрения, копирование
страниц справочного пособия, лежащего у них на местах, которые в рамках
мифологических представлений представляют собой символы творящего
божества и многими их поклонниками считаются за последние тайны
мироздания. Поэтому перспектива такого соседства страниц, посвященных
рефлексии тайн мироздания и тайн мироздания несомненных, также
будоражила мое сознание [при написании данного труда]".
Е. Н. Ростошинский. "Очерки философии для аспирантов нефилософских
специальностей. Часть 1".
А вот эпиграф к этому труду (стихотворение, якобы предложенное в
качестве ответа одной из студенток):
Что может женщина постичь в таком предмете,
Ей лучше проза вялая о звездах и о лете,
А философия — здесь нужно вдохновенье,
Она как песня, даже белый стих,
Изысканнейшее из всех поэм творенье,
Еще мое не улеглось волненье,
Еще пока последний звук не стих,
И вот, хотя он моего коснулся уха,
Увы, к нему осталось сердце глухо,
Мой жалкий ум предмета не постиг.
Из методички, автор которой — председатель комиссии на вступительных
экзаменах по философии в аспирантуру СПбГУ:
"Частое, по роду своей профессиональной деятельности, присутствие на
экзаменах убедило меня в том, что единственными способами подготовки для
многих прелестниц является тайное, с их точки зрения, копирование
страниц справочного пособия, лежащего у них на местах, которые в рамках
мифологических представлений представляют собой символы творящего
божества и многими их поклонниками считаются за последние тайны
мироздания. Поэтому перспектива такого соседства страниц, посвященных
рефлексии тайн мироздания и тайн мироздания несомненных, также
будоражила мое сознание [при написании данного труда]".
Е. Н. Ростошинский. "Очерки философии для аспирантов нефилософских
специальностей. Часть 1".
А вот эпиграф к этому труду (стихотворение, якобы предложенное в
качестве ответа одной из студенток):
Что может женщина постичь в таком предмете,
Ей лучше проза вялая о звездах и о лете,
А философия — здесь нужно вдохновенье,
Она как песня, даже белый стих,
Изысканнейшее из всех поэм творенье,
Еще мое не улеглось волненье,
Еще пока последний звук не стих,
И вот, хотя он моего коснулся уха,
Увы, к нему осталось сердце глухо,
Мой жалкий ум предмета не постиг.
Админская история 0x2be
Реальный случай из советских времен.
Вступительный экзамен в Международном институте рабочего движения. Сдает
часто мелькающий сейчас на телевидении нацкадр из республики пяти звезд.
"Плывет", но не сдается. Комиссия в затруднении: комсомолец, активист, в
общем, нужно принять. Один из профессоров, решив прийти абитуриенту на
помощь, задает наводящий вопрос:
- А вот скажите, как социалистическая система влияет на капитализм?
Будущий студент недолго думая:
- Ана его вАзбуждает.
Фраза стала крылатой.
Вступительный экзамен в Международном институте рабочего движения. Сдает
часто мелькающий сейчас на телевидении нацкадр из республики пяти звезд.
"Плывет", но не сдается. Комиссия в затруднении: комсомолец, активист, в
общем, нужно принять. Один из профессоров, решив прийти абитуриенту на
помощь, задает наводящий вопрос:
- А вот скажите, как социалистическая система влияет на капитализм?
Будущий студент недолго думая:
- Ана его вАзбуждает.
Фраза стала крылатой.
Админская история 0x2bf
История произошла пару денй назад в моем родном институте (РГГУ).
Стою, значит, себе, жду кого-то перед закрытой дверью аудитории. То ли
преподавателя, то ли, наоборот, окончания лекции, не помню уже, да и не
важно. Рядом со мной стоят два студента и оживленно что-то обсуждают. Я
краем уха слышу их разговор:
- Нет, ты прикинь, у меня друг вчера чего учудил! Скучно ему стало,
решил вставиться! Выкушал пол литра Ред Девила (энерго-тоник) - не фига!
Говорит, быть не может! Выпил пару бутылок Адреналин Раша (то же самое)
- не вставляет и все! С горя пошел тяпнул Нескафе Нот (или Колд - типа
кофе, только в баночках). И вообще никакого эффекта! А потом взял и
выжрал старой доброй Пепси, и тут его замутило...
- Блин! Вот он, чудак СТОЛЬКО ДЕНЕГ ПЕРЕВЕЛ! Я ему еще на той неделе
водку предлагал, а он говорит, что знает "гарантированное" средство!
Надо пить не гарантированное, а ПРОВЕРЕННОЕ! Еще никто с водки
РАВНОДУШНЫМ не оставался!
Стою, значит, себе, жду кого-то перед закрытой дверью аудитории. То ли
преподавателя, то ли, наоборот, окончания лекции, не помню уже, да и не
важно. Рядом со мной стоят два студента и оживленно что-то обсуждают. Я
краем уха слышу их разговор:
- Нет, ты прикинь, у меня друг вчера чего учудил! Скучно ему стало,
решил вставиться! Выкушал пол литра Ред Девила (энерго-тоник) - не фига!
Говорит, быть не может! Выпил пару бутылок Адреналин Раша (то же самое)
- не вставляет и все! С горя пошел тяпнул Нескафе Нот (или Колд - типа
кофе, только в баночках). И вообще никакого эффекта! А потом взял и
выжрал старой доброй Пепси, и тут его замутило...
- Блин! Вот он, чудак СТОЛЬКО ДЕНЕГ ПЕРЕВЕЛ! Я ему еще на той неделе
водку предлагал, а он говорит, что знает "гарантированное" средство!
Надо пить не гарантированное, а ПРОВЕРЕННОЕ! Еще никто с водки
РАВНОДУШНЫМ не оставался!
Админская история 0x2c0
В 1998 году мы – пятеро студентов "Плешки" - отправились в экстремальный
поход. Идея состояла в том, чтобы, добравшись на электричках (!) до
Судака, пройти пешком до Феодосии (по сплошь нудистским диким пляжам),
по пути набираясь впечатлений...
...Пока до Судака добрались – набрались впечатлений по самое "не болуйся!".
Электричками удалось добраться только до станции Чернь (кто был – не
дадите соврать – действительно – ЧЕРНЬ), потом – кабина МАЗа, тамбур в
поезде Москва – Симферополь (от Орла), обезьянник в Симферополе, автобус
Симферополь-Судак...
Короче, когда море увидели – расслабились. Палаточный лагерь других
дикарей стоял на склоне небольшой горы (чем ниже – тем престижнее). Свои
палатку и тент мы поставили на самой верхотуре. И – понеслось... Купания,
пьянки, хохлушки и сибирячки... Робкие размышления о том, что пора бы
вообще-то и уходить (в поход же собирались) натыкались на что-то вроде
"...собираться надо – долго... да и переться куда-то... пляж-то – одни камни...
далеко не уйдем..."... Вот и застряли мы в Судаке на четыре дня, да так бы
там и остались...
...Спали мы под тентом, в спальных мешках – ветер отгонял комаров. И
только Захар спал в своей палатке (не зря же он ее тащил!) – большой,
кстати, любитель почитать перед сном. Для этого он соорудил что-то вроде
светильника – из донышка пластмассовой бутылки, тонкого провода и
свечки. Все это он крепилось к потолку палатки... Вот и в эту ночь он
упаковался в спальник и углубился в чтение какой-то фантастики при
тусклом и мигающем свете свечки... Когда сон стал брать верх, Захар
застегнулся в спальнике и уже почти выключился... однако про горящую свечу
в последний момент все-таки вспомнил. Не желая высвобождаться из уютного
спальника, он принял неожиданное решение – двумя ногами – в позе
"березка" - долбануть по светильнику (много ли надо свечке, чтобы
погаснуть?)... И долбанул... Свечка упала прямо ему на грудь и НЕ ПОГАСЛА.
Мало того, вместе с нею упал и пластиковый "подсвечник"... Пара секунд у
Захара ушла на то, чтобы стряхнуть остатки сна. За это время синтепон
спальника и пластик "подсвечника" дружно занялись... Следующим действием
Захара стала попытка ликвидировать источник возгорания путем сбрасывания
его в позе "мостик" куда-нибудь вбок... Получилось частично – свечка
действительно полетела вбок, а вот "подсвечник" и спальник похоже,
решили погибать вместе – синтетические хреновины успели склеиться!!!
Ужас состоял в том, что, упав, свечка снова НЕ ПОГАСЛА! А упала она на
раскрытую книжку, прямо между страниц... Бумага полыхнула прямо у лица
Захара. С этого момента наступила паника. Непонятно каким образом приняв
вертикальное положение, Захар выпрыгнул из палатки, и, упав набок,
покатился вниз по склону, стремясь сбить пламя. Вопил он при этом как
сирена пожарной тревоги.
Мы, естественно, проснулись. И вот, четырем парам глаз из-под навеса
предстала такая картина: сияющая изнутри палатка (в черной крымской ночи
– восхитительное зрелище!) и удаляющийся орущий огонек. Огонек то
появлялся (когда Захар был брюхом кверху), то исчезал... и каждый раз,
когда он появлялся и исчезал, на земле оставался другой огонек – эти
огоньки пунктиром тянулись от палатки вниз по склону... Почему? Дело в
том, что катился Захар по траве... По высокой траве... По высокой, выжженной
крымским солнцем августовской траве... С пылающей синтетической нашлепкой
на брюхе... Когда он докатился до островка пыли под склоном, спальник тут
же потух, и к Захару вернулась способность соображать. Тут-то он и
оглянулся...
На фоне огромного звездного неба весело и теперь уже в открытую полыхала
палатка. Островки пламени в траве расширялись и крепли, а легкий ночной
бриз подхватил их и уверенно вел в направлении палаточного лагеря,
откуда уже слышались первые вопли...
...На сборы ушло минуты три – четыре, и за остаток ночи мы прошли примерно
восемь километров по намеченному маршруту...
© Ленин
поход. Идея состояла в том, чтобы, добравшись на электричках (!) до
Судака, пройти пешком до Феодосии (по сплошь нудистским диким пляжам),
по пути набираясь впечатлений...
...Пока до Судака добрались – набрались впечатлений по самое "не болуйся!".
Электричками удалось добраться только до станции Чернь (кто был – не
дадите соврать – действительно – ЧЕРНЬ), потом – кабина МАЗа, тамбур в
поезде Москва – Симферополь (от Орла), обезьянник в Симферополе, автобус
Симферополь-Судак...
Короче, когда море увидели – расслабились. Палаточный лагерь других
дикарей стоял на склоне небольшой горы (чем ниже – тем престижнее). Свои
палатку и тент мы поставили на самой верхотуре. И – понеслось... Купания,
пьянки, хохлушки и сибирячки... Робкие размышления о том, что пора бы
вообще-то и уходить (в поход же собирались) натыкались на что-то вроде
"...собираться надо – долго... да и переться куда-то... пляж-то – одни камни...
далеко не уйдем..."... Вот и застряли мы в Судаке на четыре дня, да так бы
там и остались...
...Спали мы под тентом, в спальных мешках – ветер отгонял комаров. И
только Захар спал в своей палатке (не зря же он ее тащил!) – большой,
кстати, любитель почитать перед сном. Для этого он соорудил что-то вроде
светильника – из донышка пластмассовой бутылки, тонкого провода и
свечки. Все это он крепилось к потолку палатки... Вот и в эту ночь он
упаковался в спальник и углубился в чтение какой-то фантастики при
тусклом и мигающем свете свечки... Когда сон стал брать верх, Захар
застегнулся в спальнике и уже почти выключился... однако про горящую свечу
в последний момент все-таки вспомнил. Не желая высвобождаться из уютного
спальника, он принял неожиданное решение – двумя ногами – в позе
"березка" - долбануть по светильнику (много ли надо свечке, чтобы
погаснуть?)... И долбанул... Свечка упала прямо ему на грудь и НЕ ПОГАСЛА.
Мало того, вместе с нею упал и пластиковый "подсвечник"... Пара секунд у
Захара ушла на то, чтобы стряхнуть остатки сна. За это время синтепон
спальника и пластик "подсвечника" дружно занялись... Следующим действием
Захара стала попытка ликвидировать источник возгорания путем сбрасывания
его в позе "мостик" куда-нибудь вбок... Получилось частично – свечка
действительно полетела вбок, а вот "подсвечник" и спальник похоже,
решили погибать вместе – синтетические хреновины успели склеиться!!!
Ужас состоял в том, что, упав, свечка снова НЕ ПОГАСЛА! А упала она на
раскрытую книжку, прямо между страниц... Бумага полыхнула прямо у лица
Захара. С этого момента наступила паника. Непонятно каким образом приняв
вертикальное положение, Захар выпрыгнул из палатки, и, упав набок,
покатился вниз по склону, стремясь сбить пламя. Вопил он при этом как
сирена пожарной тревоги.
Мы, естественно, проснулись. И вот, четырем парам глаз из-под навеса
предстала такая картина: сияющая изнутри палатка (в черной крымской ночи
– восхитительное зрелище!) и удаляющийся орущий огонек. Огонек то
появлялся (когда Захар был брюхом кверху), то исчезал... и каждый раз,
когда он появлялся и исчезал, на земле оставался другой огонек – эти
огоньки пунктиром тянулись от палатки вниз по склону... Почему? Дело в
том, что катился Захар по траве... По высокой траве... По высокой, выжженной
крымским солнцем августовской траве... С пылающей синтетической нашлепкой
на брюхе... Когда он докатился до островка пыли под склоном, спальник тут
же потух, и к Захару вернулась способность соображать. Тут-то он и
оглянулся...
На фоне огромного звездного неба весело и теперь уже в открытую полыхала
палатка. Островки пламени в траве расширялись и крепли, а легкий ночной
бриз подхватил их и уверенно вел в направлении палаточного лагеря,
откуда уже слышались первые вопли...
...На сборы ушло минуты три – четыре, и за остаток ночи мы прошли примерно
восемь километров по намеченному маршруту...
© Ленин
Админская история 0x2c2
Мать с отцом в общежитие к сыну,
Сын студент, ему жить не легко,
Тащат сумки с едой и корзину,
Где варенье, компот, молоко.
Вот и комната номер семнадцать,
Тишина, все, наверное, спят.
Надо в двери тихонько стучаться,
Чтоб других никого не поднять.
Здесь Потапов живет? Извините.
Тяжело нам в руках, на весу.
Вы у двери его положите.
Я оденусь сейчас, занесу.
Сын студент, ему жить не легко,
Тащат сумки с едой и корзину,
Где варенье, компот, молоко.
Вот и комната номер семнадцать,
Тишина, все, наверное, спят.
Надо в двери тихонько стучаться,
Чтоб других никого не поднять.
Здесь Потапов живет? Извините.
Тяжело нам в руках, на весу.
Вы у двери его положите.
Я оденусь сейчас, занесу.
Админская история 0x2c3
Вчера поведал коллега по работе, по поиску ничего похожего не нашел.
Точка по продаже пива - это всегда хорошо и выгодно. Точка по продаже
пива рядом с университетской общагой - это вдвойне хорошо и втройне
выгодно. А точка по продаже пива рядом с университетской общагой,
работающая летом - это Клондайк.
Хозяин одного из таких "клондайков" однажды утром почувствовал себя не
очень хорошо, потому что единственный холодильник для пива он обнаружил
превратившимся в обычный стеклянный шкаф, проще говоря - агрегат
сломался и холодить перестал совсем. Радостные студенты, врывающиеся с
утра в магазинчик, щупали разогретые жарким летним солнцем темно-зеленые
бутылки, быстро грустнели и со словами "Фу, теплое" покидали заведение.
А пиво - оно таки скоропорт! И продать его нужно во что бы то ни стало.
А то ведь ну на фига хозяину такие убытки из-за утилизации целой партии
просроченного пива и упущеной выгоды? Сел хозяин, задумался...
Выход был найден, причем простой, как и все гениальное. Через 15 минут
на холодильник была повещена накарябанная маркером табличка следующего
содерждания:
"ТЕПЛОЕ ПИВО ЛУЧШЕ ВСТАВЛЯЕТ!"
К вечеру продали все.
Гоша Севастопольский
Точка по продаже пива - это всегда хорошо и выгодно. Точка по продаже
пива рядом с университетской общагой - это вдвойне хорошо и втройне
выгодно. А точка по продаже пива рядом с университетской общагой,
работающая летом - это Клондайк.
Хозяин одного из таких "клондайков" однажды утром почувствовал себя не
очень хорошо, потому что единственный холодильник для пива он обнаружил
превратившимся в обычный стеклянный шкаф, проще говоря - агрегат
сломался и холодить перестал совсем. Радостные студенты, врывающиеся с
утра в магазинчик, щупали разогретые жарким летним солнцем темно-зеленые
бутылки, быстро грустнели и со словами "Фу, теплое" покидали заведение.
А пиво - оно таки скоропорт! И продать его нужно во что бы то ни стало.
А то ведь ну на фига хозяину такие убытки из-за утилизации целой партии
просроченного пива и упущеной выгоды? Сел хозяин, задумался...
Выход был найден, причем простой, как и все гениальное. Через 15 минут
на холодильник была повещена накарябанная маркером табличка следующего
содерждания:
"ТЕПЛОЕ ПИВО ЛУЧШЕ ВСТАВЛЯЕТ!"
К вечеру продали все.
Гоша Севастопольский
Админская история 0x2c4
Дело было не так давно, еще в бытность мою студенткой одной медицинской
шараги.
Мы студенты последнего курса, уже почти медсестры (и медбратья) в
составе меня и 2х однокурсников добросовестно прогуливали последние
лекции.
Была весна, домой не хотелось, и пришла к нам идея съездить в один
рок-магазин закупится билетиками на одно мероприятие.
А магазин находился на другом конце Москвы, путь пролегал по
Сокольнический линии, а потом еще и по кольцевой, время 18.30, кто живет
в Москве, тот знает ЧТО творится в это время в подземке.
Ну мы люди упертые, и тут в голову одного из приятелей приходит
гениальная идея, они подхватывают вещи и исчезают в ближайшей
подворотне, а надо добавить что я в тот день представляла из себя
занимательнейшее зрелище, ибо успела перед этим упасть и личиком
пропахать асфальт, и после лечения студентами была замечательно опухшая,
расцарапанная и пятнисто-зеленая.
И вот картина – идут по метро 2 медика, в халатах, шапочках, масках,
перчатках, все как надо, на вытянутых руках поддерживая нечто
проказно-лишайное женского пола и громко прося уступить дорогу, или вам
же хуже.
Доехали мы быстро и без проблем, спокойно занимая пол вагона.
шараги.
Мы студенты последнего курса, уже почти медсестры (и медбратья) в
составе меня и 2х однокурсников добросовестно прогуливали последние
лекции.
Была весна, домой не хотелось, и пришла к нам идея съездить в один
рок-магазин закупится билетиками на одно мероприятие.
А магазин находился на другом конце Москвы, путь пролегал по
Сокольнический линии, а потом еще и по кольцевой, время 18.30, кто живет
в Москве, тот знает ЧТО творится в это время в подземке.
Ну мы люди упертые, и тут в голову одного из приятелей приходит
гениальная идея, они подхватывают вещи и исчезают в ближайшей
подворотне, а надо добавить что я в тот день представляла из себя
занимательнейшее зрелище, ибо успела перед этим упасть и личиком
пропахать асфальт, и после лечения студентами была замечательно опухшая,
расцарапанная и пятнисто-зеленая.
И вот картина – идут по метро 2 медика, в халатах, шапочках, масках,
перчатках, все как надо, на вытянутых руках поддерживая нечто
проказно-лишайное женского пола и громко прося уступить дорогу, или вам
же хуже.
Доехали мы быстро и без проблем, спокойно занимая пол вагона.
Админская история 0x2c5
Жил в нашей новосибирской общаге Валера. Человек он был хороший и
бесконфликтный, за что товарищи простодушно называли его тормозом.
Неранним утром лежат студенты и досматривают последний сон. Валера
включает Лэд Зеппелин и залазит обратно под одеяло. С верхнего яруса
раздается просьба:
- Валера, выключи музыку, умоляю.
- Мне вставать неохота, - пытается отмазаться бесконфликтный Валера.
- Ну выдерни шнур, розетка над твоей головой.
- У меня руки заняты.
бесконфликтный, за что товарищи простодушно называли его тормозом.
Неранним утром лежат студенты и досматривают последний сон. Валера
включает Лэд Зеппелин и залазит обратно под одеяло. С верхнего яруса
раздается просьба:
- Валера, выключи музыку, умоляю.
- Мне вставать неохота, - пытается отмазаться бесконфликтный Валера.
- Ну выдерни шнур, розетка над твоей головой.
- У меня руки заняты.
Админская история 0x2c6
Наткнулся здесь на историю о военной кафедре Уральского университета,
рассказанную студентом из 70-х. Мне посчастливилось учиться в этом
универе в 80-х.
Был у нас на этой кафедре куратор - подполковник Марцинюк. Презабавная
личность. Его коронная фраза - " Я достиг такого возраста, когда моя
голова не только по форме, но и по содержанию начинает напоминать
задницу".
В этот период среди студентов много было ветеранов афганской войны, в
том числе инвалидов. Они долго ходили по инстанциям, чтобы их освободили
от занятий "военкой". Как-то парень, который оставил в Афгане половину
внутренностей, попытался объяснить Марцинюку, что он, в силу
инвалидности, уже не сможет, как прежде, с полной боевой выкладкой,
т.е. офицер из него уже не получится. Ответ Марцинюка поразил всех -
"Что требуется от современного офицера в современной войне? Встать на
бруствер, крикнуть "Вперед, за Родину" и упасть с простреленым черепом,
а на это много здоровья не надо". Так и не дал освобождения.
рассказанную студентом из 70-х. Мне посчастливилось учиться в этом
универе в 80-х.
Был у нас на этой кафедре куратор - подполковник Марцинюк. Презабавная
личность. Его коронная фраза - " Я достиг такого возраста, когда моя
голова не только по форме, но и по содержанию начинает напоминать
задницу".
В этот период среди студентов много было ветеранов афганской войны, в
том числе инвалидов. Они долго ходили по инстанциям, чтобы их освободили
от занятий "военкой". Как-то парень, который оставил в Афгане половину
внутренностей, попытался объяснить Марцинюку, что он, в силу
инвалидности, уже не сможет, как прежде, с полной боевой выкладкой,
т.е. офицер из него уже не получится. Ответ Марцинюка поразил всех -
"Что требуется от современного офицера в современной войне? Встать на
бруствер, крикнуть "Вперед, за Родину" и упасть с простреленым черепом,
а на это много здоровья не надо". Так и не дал освобождения.